. Кьеркегор. Страх и трепет

Представление философской школы, к которой относится автор 3. История написания труда 4. Описание структуры работы и общего содержания 6. Собственное отношение к автору и его философии 7. Значение произведения для истории философии и современности Список литературы кьеркегор страх трепет философия 1. Биографическая справка Серен Обю Кьеркегор родился 5 мая года. Отцу на момент рождения сына было 57, а матери Отец - дворянин, мать - служанка. Отец до этого был женат, и, как говорится во многих источниках, отец изменял своей присмертной жене со служанкой, которая в результате родила Серена Кьеркегора и еще семеро детей. У Серена изначально появлялись меланхолические наклонности, уже исходя из того, что он считал свое появление на свет - преступлением.

Серен Кьеркегор Страх и трепет

В качестве основы мыслитель обращается к ветхозаветной повести об Аврааме и его любимом сыне Исааке Быт. Парадоксальную сущность веры Кьеркегор вскрывает через размышления по поводу чуда спасения Исаака и самоотверженности Авраама. Как часто бывает у Кьеркегора, книга написана от лица вымышленного автора, и, строго говоря, должна рассматриваться как отстранённое выражение религиозной жизненной позиции, а не как собственная позиция философа.

Название трактата взято из Библии ; эти слова встречаются несколько раз.

Электронная книга Страх и трепет (Stupeur et tremblements) Амели Нотомб на сайте доступна для желающих поделиться отзывом. К тому.

Первые два произведения были подписаны псевдонимами: Персонаж сказки Иоганн Молчаливый, вопреки своему прозвищу, отнюдь не молчит — он предупреждает своего хозяина, молодого короля, о трех грозящих тому опасностях, зная, что, сделав это, он тотчас же превратится в камень. Позднее королевская чета жертвует жизнью двух своих сыновей, для того чтобы вернуть Иоганна к жизни, и, само собой разумеется, верный Иоганн после своего спасения воскрешает погибших мальчиков. И тема верного служения, и тема жертвы, и тема молчания — все они по-своему преломляются в"Страхе и трепете".

Героем книги является ветхозаветный Авраам, от которого Бог потребовал принести в жертву любимого сына, основным же предметом исследования — рождение религиозной веры. Авраам как"отец веры" в трактовке Кьеркегора отличается от других героев духа отнюдь не тем, что он подвигнут на полное самоотречение это, по мнению датского теолога, есть лишь предварительный этап на пути к истинной вере — этап, на который способен и"рыцарь самоотречения", готовый пожертвовать всем ради бесконечности Абсолюта , а тем, что одновременно он сохраняет полную уверенность в обретении Исаака"силой абсурда" в этой жизни.

Авраам как"рыцарь веры" абсолютно убежден, что не только он сам стоит в бесконечном отношении к Богу, но и Бог в свою очередь проявляет абсолютный интерес и заботу по отношению к его конечной жизни и конечной любви. Гаманн [1] Предисловие Не только в мире действия, но также и в мире идей наше время представляет собой настоящую распродажу. Все, что угодно, можно приобрести тут за свою цену, так что возникает вопрос, останется ли вообще в конце концов кто-нибудь, кому еще захочется быть покупателем.

Всякий спекулятивный регистратор, добросовестно отмечающий величественную поступь новой философии, всякий приват-доцент, репетитор, студент, всякий, кто только прикоснулся к философии или оказался в самом ее центре, отнюдь не останавливается на том, чтобы во всем сомневаться, но идет дальше. Может показаться, что неуместно и несвоевременно спрашивать себя, куда именно они рассчитывают добраться, однако во всяком случае будет, по крайней мере, вежливо и любезно предположить, что они действительно усомнились во всем, поскольку иначе было бы странно говорить о каком-то движении дальше.

Предполагается, что такой предварительный шаг они предприняли все и, очевидно, это далось им столь малыми усилиями, что они даже не сочли нужным проронить хоть словечко о том, как это происходило; ибо даже тот, кто в страхе и тревоге попытался бы отыскать хоть какое-нибудь разъяснение, не сумел бы его найти, не сумел бы найти никакого путеводного знака, никакого подробного предписания о том, как следует подходить к такой огромной задаче.

О, это такая редкость в наше время!

“Страх и трепет”, Амели Нотомб

Страх и трепет Господин Ханеда был начальником господина Омоти, который в свою очередь был начальником господина Саито, который являлся начальником мадемуазель Мори, которая была моей начальницей. Я же не была начальником ни у кого. Можно было сказать и по-другому. Я была подчинённой мадемуазель Мори, которая была подчинялась господину Саито, и так далее, с одним уточнением, что распоряжения, двигаясь сверху вниз, могли перепрыгивать иерархические ступени. Таким образом, в компании Юмимото я была в подчинении у всех.

А снаружи уже караулил страх, чтобы сейчас же накинуться на нее, Этот трепет и ужас, эта явная беспомощность были ей, видимо.

Став постарше, человек этот сам прочел ту же повесть с еще большим восхищением. И чем старше становился он, тем чаще его мысли обращались к этой повести, тем больше он восторгался ею и в то же время все меньше и меньше понимал ее. В конце концов он позабыл из-за этой повести обо всем остальном на свете: Но не живописность Востока, не земное великолепие Земли Обетованной, не сама благочестивая чета старости, которую благословил Господь, не почтенный образ престарелого отца, не пышная юность дарованного ему сына привлекали этого человека.

Пусть бы даже событие происходило в бесплодной степи: Человека этого томило желание быть свидетелем той минуты, когда Авраам поднял взор и узрел гору Мориа, отослал спутников своих и один с Исааком пошел на гору: Человек этот не был философом: Ему казалось, что нет выше жребия, чем жить в памяти людей отцом веры, нет завиднее доли, как обладать сокровищем веры, пусть даже никто другой и не ведал этого. Человек тот не был ученым экзегетом, не знал древнееврейского языка.

И Господь, искушая Авраама, сказал ему: Было раннее утро, Авраам встал с зарею, велел оседлать ослов и покинул шатер свой, а с ним и Исаак. Сарра же смотрела им вслед, пока они, пройдя долину, не скрылись из виду.

Серен Кьеркегор. Страх и трепет - файл 1.

Диалектическая лирика Иоханнеса де Силенцио Перевод Н. Первые два произведения были подписаны псевдонимами: Персонаж сказки Иоганн Молчаливый, вопреки своему прозвищу, отнюдь не молчит — он предупреждает своего хозяина, молодого короля, о трех грозящих тому опасностях, зная, что, сделав это, он тотчас же превратится в камень. Позднее королевская чета жертвует жизнью двух своих сыновей, для того чтобы вернуть Иоганна к жизни, и, само собой разумеется, верный Иоганн после своего спасения воскрешает погибших мальчиков.

И тема верного служения, и тема жертвы, и тема молчания — все они по-своему преломляются в"Страхе и трепете". Героем книги является ветхозаветный Авраам, от которого Бог потребовал принести в жертву любимого сына, основным же предметом исследования — рождение религиозной веры.

К нему подходишь с религиозным страхом, благоговейным трепетом, как подходил Поддержкой же ему послужит именно страх и трепет, посланные в.

Её родина — Япония, хотя всю жизнь девушка провела в Соединенных штатах. Она выросла, и устроилась работать переводчицей. Девушка всегда скучала по стране, в которой родилась, и поэтому, когда ей предлагают контракт, который подразумевает поездки в Японию, девушка соглашается без колебаний, и она на седьмом небе от счастья из-за этого.

Реферат Кьеркегор Серен Страх и трепет

Диалектическая лирика Иоханнеса де Силенцио Перевод Н. Первые два произведения были подписаны псевдонимами: Персонаж сказки Иоганн Молчаливый, вопреки своему прозвищу, отнюдь не молчит — он предупреждает своего хозяина, молодого короля, о трех грозящих тому опасностях, зная, что, сделав это, он тотчас же превратится в камень. Позднее королевская чета жертвует жизнью двух своих сыновей, для того чтобы вернуть Иоганна к жизни, и, само собой разумеется, верный Иоганн после своего спасения воскрешает погибших мальчиков.

И тема верного служения, и тема жертвы, и тема молчания — все они по-своему преломляются в"Страхе и трепете". Героем книги является ветхозаветный Авраам, от которого Бог потребовал принести в жертву любимого сына, основным же предметом исследования — рождение религиозной веры.

Учение Серена Кьеркегора философия иррационализма. Страх и трепет. Или или. Дневник обольстителя.

Став постарше, человек этот сам прочел ту же повесть с еще большим восхищением. И чем старше становился он, тем чаще его мысли обращались к этой повести, тем больше он восторгался ею и в то же время все меньше и меньше понимал ее. В конце концов он позабыл из-за этой повести обо всем остальном на свете: Но не живописность Востока, не земное великолепие Земли Обетованной, не сама благочестивая чета старости, которую благословил Господь, не почтенный образ престарелого отца, не пышная юность дарованного ему сына привлекали этого человека.

Пусть бы даже событие происходило в бесплодной степи: Человека этого томило желание быть свидетелем той минуты, когда Авраам поднял взор и узрел гору Мориа, отослал спутников своих и один с Исааком пошел на гору: Человек этот не был философом: Ему казалось, что нет выше жребия, чем жить в памяти людей отцом веры, нет завиднее доли, как обладать сокровищем веры, пусть даже никто другой и не ведал этого.

Страх и трепет / (2003)

Онтология и теория познания. Изучал философию и теологию в Копенгагенском университете, вел замкнутую жизнь одинокого мыслителя, наполненную работой. В конце жизни вступил в бурную полемику с официальными теологическими кругами. Эту точку зрения К.

"Страх и трепет" - самый знаменитый роман бельгийки Амели Нотомб. Он номинировался на Гонкуровскую премию, был удостоен премии Французской .

Став постарше, человек этот сам прочел ту же повесть с еще большим восхищением. И чем старше становился он, тем чаще его мысли обращались к этой повести, тем больше он восторгался ею и в то же время все меньше и меньше понимал ее. В конце концов он позабыл из-за этой повести обо всем остальном на свете: Но не живописность Востока, не земное великолепие Земли Обетованной, не сама благочестивая чета старости, которую благословил Господь, не почтенный образ престарелого отца, не пышная юность дарованного ему сына привлекали этого человека.

Пусть бы даже событие происходило в бесплодной степи: Человека этого томило желание быть свидетелем той минуты, когда Авраам поднял взор и узрел гору Мориа, отослал спутников своих и один с Исааком пошел на гору: Человек этот не был философом: Ему казалось, что нет выше жребия, чем жить в памяти людей отцом веры, нет завиднее доли, как обладать сокровищем веры, пусть даже никто другой и не ведал этого.

Человек тот не был ученым экзегетом, не знал древнееврейского языка. Знай он этот язык, ему, пожалуй, ничего не стоило бы понять и повесть, и самого Авраама. И Господь, искушая Авраама, сказал ему: Было раннее утро, Авраам встал с зарею, велел оседлать ослов и покинул шатер свой, а с ним и Исаак. Сарра же смотрела им вслед, пока они, пройдя долину, не скрылись из виду.

Страх и трепет

Сезар — лучшая актриса Сильви Тестю международный кинофестиваль в Карловых Варах — лучшая актриса, специальное мнение — лучшая актриса Версия для печати Мор: Японцы против маленькой девушки Люди склонны преувеличивать разницу между разными народами, как доехавшие до соседнего города туристы преувеличивают разницу между ними и местным населением, напирая на то, что"батон" тут называют"булкой".

Наверное, акцентируя внимание на таких незначительных вещах, они уверяют себя, что пережили приключение. Я не хочу сказать, что разницы между жителями разных стран нет, это неправда.

Мор: Японцы против маленькой девушки. Страх и трепет оценка: 3. Люди склонны преувеличивать разницу между разными народами.

Славословие аврааму Если бы душа человека не освещалась вечным светом сознания, если бы в основе всего скрывалось дикое брожение сил, которые бы, извиваясь в судорогах темных страстей, производили все - и великое, и ничтожное, если бы подо всем таилась бездонная, ничем не насыщенная пустота; чем была бы тогда жизнь человеческая, как не сплошным отчаянием? Но поэтому и не бывает так на самом деле, и Господь, сотворивший мужчину и женщину, сотворил также героя и поэта.

Последний не может совершать ничего такого, что совершает первый, он может лишь восторгаться героем, радоваться за него, любить его. Однако и он счастлив не меньше героя: Вот почему ни один великий человек не предается забвению, а если случается это, если облако недоразумения и заволакивает образ героя надолго, то все-таки его любимец и поклонник рано или поздно явится и привяжется к герою тем сильнее, чем дольше длилось забвение.

Ни один великий человек не будет забыт, но каждый бывает велик по-своему, и каждый - соответственно величию того, что он любил. Тот, кто любил себя самого, стал великим сам по себе; кто любил других людей, стал велик своей преданностью, но тот, кто любил Бога, будет превознесен выше всех. Каждый будет жить в памяти, но каждый будет превознесен соответственно своему чаянию.

СЁРЕН КЬЕРКЕГОР."Страх и трепет". Библейский сюжет